Юность и юношество в исторической перспективе

«Классический» юноша, которого описали и возвели в норматив психологи XIX в., был, как правило, выходцем из дворянской или буржуазной среды, учеником гимназии, студентом университета, начинающим интеллектуалом. Однако вскоре выяснилось, что этот тип юноши вовсе не является единственным и статистически преобладающим.
Социальное происхождение и классовое положение оказывают громадное влияние на жизненный путь индивида, начиная от темпов физического созревания и кончая содержанием мировоззрения. Нет, пожалуй, ни одного сколько-нибудь сложного личностного качества, которое не зависело бы от социально-классовых и средовых факторов. Любое психологическое исследование должно учитывать, в числе прочих обстоятельств, социальное происхождение юноши, род занятий и уровень образования его родителей; особенности социально-экологической среды, в частности тип населенного пункта (большой город, малый город, деревня); состав, структуру и материальное положение семьи; его собственное социальное положение и вид занятий (школьник, учащийся ПТУ, учащийся техникума, студент вуза, рабочий и т. д.). Отсюда — необходимость тесной кооперации психолога с социологом.
К социально-экономическим различиям добавляются национальные, этнокультурные особенности.
Американский этнограф Маргарет Мид (1901 — 1978)', изучив взросление детей на островах Самоа, Адмиралтейства (1928) и позже—на Новой Гвинее (1930), нашла, что переход к зрелости не сопровождался в этих обществах каким-либо кризисом или драмой В неспешном жизненном ритме «традиционного» общества подросток включался во взрослую жизнь легко и постепенно. Самоанская девочка-подросток не знала таких жестких сексуальных табу, как ее американская ровесница. Не было в Океании и проблемы индивидуального самоопределения (профессионального, социального или морального), которое должно быть осуществлено в относительно короткий промежуток времени. Поэтому переходный возраст здесь не знает внутренней напряженности, типичной для Западной Европы или США (См.: Мид М. Культура и мир детства.— М.: Наука, 1988).
По мнению другого знаменитого этнографа Рут Бенедикт (1881 — 1948), тип перехода от детства к взрослости зависит, в частности, от того, насколько велик разрыв в нормах и требованиях, которые предъявляет данное общество к ребенку и к взрослому. Там, где эти требования более или менее единообразны, развитие протекает плавно и ребенок достигает статуса взрослого постепенно. В сложных обществах Запада нормы поведения детей и взрослых различны и даже противоположны. Детский возраст считается игровым, свободным от ответственности, от взрослого же ожидают высокой степени индивидуальной ответственности. От ребенка требуют послушания, от взрослого — инициативы и самостоятельности. Ребенка считают существом бесполым и всячески ограждают его от сексуальности; в жизни взрослых сексуальность играет важную роль. Контрастность детства и зрелости затрудняет подростку усвоение взрослых ролей, вызывая целый ряд внешних и внутренних конфликтов.
Этнокультурные различия существуют не только между народами, стоящими на разных стадиях исторического развития. Сравнительное исследование 15—16-летних американских и датских школьников, проведенное Дениз Кендел и Джеральдом Лессером (1972), показало, что американские подростки и их родители больше ориентированы на личные достижения, тогда как датчане выше ценят добрые отношения с окружающими. Дружеские отношения юных датчан более интимны, чем у американцев. Датские школьники придают больше значения своим учебным занятиям и вообще умственному развитию. В то же время они более независимы от своих родителей, чем юные американцы, и сама датская семья более демократична.
Существенное различие в структуре семьи, положении подростков и характере их взаимоотношений со старшими имеется и между народами нашей многонациональной страны (См.: Бернштам Т. А. Молодежь в обрядовой жизни русской общины XIX — начала XX веков: Половозрастной аспект традиционной культуры.— Л.: Наука, 1988).
К сожалению, влияние этих различий (как и социально-экономических условий) на психологию подростков и юношей до сих пор систематически не изучалось и не учитывается в практике воспитания.
Психология юношеского возраста тесно связана с проблемой «отцов и детей», преемственности и конфликта поколений. В известном смысле эта проблема является вечной. Как писали К. Маркс и Ф. Энгельс, «история есть не что иное, как последовательная смена отдельных поколений, каждое из которых использует материалы, капиталы, производительные силы, переданные ему всеми предшествующими поколениями; в силу этого данное поколение, с одной стороны, продолжает унаследованную деятельность при совершенно изменившихся условиях, а с другой — видоизменяет старые условия посредством совершенно измененной деятельности» (Маркс К.., Энгельс Ф. Немецкая идеология // Соч.— Т. 3.— С. 44—45).
Однако слово «поколение» многозначно. Оно обозначает:
1.    генерацию, звено в цепи происхождения от общего предка («поколение отцов» в отличие от «поколения детей»);
2.    возрастно-однородную группу, когорту сверстников, родившихся в одно и то же время и образующих определенный слой населения;
3.    условный отрезок времени, в течение которого живет и активно действует данное поколение;
4.    современников — людей, сформировавшихся в определенных исторических условиях, под влиянием каких-то значительных событий, и объединенных общностью исторической судьбы и переживаний («поколение Великой Отечественной войны»). Говоря о «преемственности» или «конфликте» поколений, ученые сплошь и рядом имеют в виду совершенно разные вопросы — возрастную структуру общества, взаимоотношения старших и младших, темп исторического обновления, взаимоотношения конкретных отцов (и вообще родителей) и их детей и т. п.
В общем виде можно сказать, что чем выше темп исторического развития, чем больше социально значимых изменений осуществляется в единицу времени, тем заметнее различия между поколениями, тем сложнее механизмы трансмиссии, передачи культуры от старших к младшим и тем избирательнее, селективнее отношение младших к своему социальному и культурному наследию.