Традиции колядования у славянских народов

У всех славянских народов обрядность рождественско-новогоднего праздничного цикла отличается особенно устойчивой повторяемостью всех ее главных компонентов в разных, часто весьма отдаленных этнографических зонах.

Однако, при значительной степени совпадения зимних обрядов, южнославянская традиция имеет целый ряд специфических особенностей, не известных западным и восточным славянам.

Например, для южных славян свойствена некоторой календарной сдвинутости обряда колядования, активно практиковавшегося не только на Рождество, но и в дни св. Варвары.

Для восточных и западных славян характерна большая степень общности в цикле святочной обрядности. Вместе с тем, внутри этой общности выделяются свои особые подтипы: западнославянская, украинско-белорусская и русская фольклорно-обрядовые традиции.

В основном выделяются три основных этапа колядования:

• приближаясь к дому, колядующие исполняли сначала так называемые "надворные" или "подоконные" песни (или приговоры), в которых содержалось обращение к хозяину и просьба разрешить колядовать, - это общие или вступительные формулы;
• после того, как разрешение получено, колядующие входили в дом (иногда оставались под окнами) и начинали колядовать, адресуя специальные величания всем членам семьи (дифференцированный тип колядования);
• в заключительной части обряда исполнялись короткие благо-пожелательные куплеты ("повиншовання") и формулы, содержащие просьбу о вознаграждении, кроме того иногда после получения дара произносились еще благодарственные приговоры.
  

Конечно, на разных территориях существовали варианты обряда с разными отступлениями от указанной схемы. Скажем, вступительная часть сводилась лишь к краткому вопросу: "можно ли колядовать?", второй этап обряда ограничивался исполнением единственной песни под окнами дома, а заключительная часть могла иметь самые разнообразные формы: концовки, содержащие формулы угроз, благодарствий, прощальные шутливые куплеты и пр. Часто существенно менялась эта схема в детском колядовании, которое сводилось к исполнению лишь просительных куплетов и формул угроз.